Медиа-раздел "Приморский фольклор"
Дорогие друзья, единомышленники, подписчики и просто посетители нашего сайта!
В 2026-й год мы входим с новым общественно значимым проектом «Славянский мир Приморья», который стал победителем в краевом конкурсе на грант губернатора Приморского края 2025 года.
В рамках проекта мы продолжаем предпринимать усилия по сохранению фольклора приморских славян – народных традиций и обычаев, песенной и хореографической культуры переселенцев из центральной части России, Белорусии, Украины. Благодаря сотрудничеству с уникальным коллективом – ансамблем народной музыки «Традиция», за многие десятилетия ставшим в нашем крае настоящей лабораторией славянского фольклора, объединившей преданных народной культуре профессионалов, теперь у вас будет возможность прослушать, скачать и даже просмотреть календарные, свадебные, колыбельные, солдатские и лирические песни, приуроченные и не приуроченные к праздникам игры, хороводы, сказки, частушки, пословицы, поговорки, приметы, былички и предания, записанные фольклористами от различных групп славянских переселенцев в Приморье. Каждую неделю здесь будут появляться тексты опубликованных на различных интернет-ресурсах произведений приморского фольклора, ссылки на эти публикации, сопровождаемые тематическими анонсами и комментариями от искусствоведа Сергея Макаркина, участника фольклорного ансамбля «Традиция» (г. Владивосток) и многих фольклорных экспедиций по Приморскому краю.
Зачем это нужно? Чтобы сохранить аутентичный приморский славянский фольклор и не утратить окончательно замечательные записи великолепных исполнителей, настоящих народных мастеров. Мы можем послушать, как они звучат в оригинале и сравнить с тем, что в качестве «народной музыки» предлагают нам наши медиа-ресурсы.
Увы, многие записи – очень плохого качества, ведь записывались они на бытовые магнитофоны более тридцати лет назад. Поэтому некоторые из них воспроизведены ансамблем «Традиция» и присутствуют в Сети только в таком виде. Но эти записи разбросаны по различным ресурсам, и найти их непросто. А тут – раз, и все ссылки перед вашими глазами!
Давайте же начнём это увлекательное путешествие – в таинственный и неизвестный мир приморского фольклора…
С уважением, автор статей этого раздела, магистр искусствоведения Сергей Николаевич Макаркин
Последняя этнокультурная группа славян-переселенцев в Приморье, со свадебной традицией которой я хочу вас познакомить, это старообрядцы. На них мы впервые вышли летом 1993 года, да и то не сами, а с помощью сотрудниц Приморского государственного объединённого музея им. В. К. Арсеньева Нины Беслановны Керчелаевой и Веры Васильевны Кобко.
Некоторые моменты старообрядческой свадьбы не совпадают, а порой и противоречат той схеме, с которой мы с вами уже знакомы по предыдущим записям. Поэтому отсылаю всех интересующихся к статье сотрудницы ИИАЭ ДВО РАН доктора наук Юлии Викторовны Аргудяевой «Свадебная обрядность русских старообрядцев Приморья и Приамурья», доступной для просмотра без регистрации здесь.
Статья очень интересная, написана живым языком, читается легко и будет по силам любому пользователю, даже не специалисту. Так что всем рекомендую.
Старообрядцы – довольно закрытое сообщество, и то, что нам удалось пообщаться с ними – фантастическая удача. За что огромная благодарность Нине Беслановне и Вере Васильевне! Представленные здесь песни были записаны в период с декабря 1993 года по май 1994 года Олегом и Ириной Семёновыми в селе Ясном, расположенном к югу от Чугуевки. Надеюсь, вы сможете по достоинству оценить их самобытность, красоту и художественное своеобразие:
Ищё што же ты, лучинушка, неясно гаришь,
Ище что жа ты, Иронька, невесела сидишь?
Ище что жа ты, [у] нас Ирочка, невесела сидишь?
Ище весела, не весела, маёва друга нет.
Ище весела, не весела, тваёва друга нет,
Вот уехал твой друг да рана с вечера гулять.
Вот уехал твой друг да рана с вечера гулять,
А приехал твой друг да ва глухую ва полночь.
Вот приехал твой друг да ва глухую ва полночь
Ище стукался-колотился копьём в ворота.
Ище стукался-колотился копьём в ворота:
«Ищё дома ли, не дома молода моя жена?
Ищё дома ли, не дома ды молода моя жена?
Ище крепка ли спит да разбудите её.
Ище крепка ли спит да разбудите её!
Тут [и] вышла бы Ирина на парадное крыльцо.
Тут [и] вышла бы Ирина на парадное крыльцо,
Ище в розовом платьице, сама без пояса.
Ище в розовым платьи-та, сама без пояса
– Ище где жа ты, милай мой, так долга гулял?
Ищё где же ты, Алеженька, так долго гулял?
Ищё я да млада целу ночь не спала.
Ищё я да млада целу ночь не спала,
Ищё ворона коня да щёткай вычистила.
Ищё ворона коня да щёткай вычистила.
Ищё шёлкаву плётачку павыкистила.
Ищё сыпался-сыпался хмель над водой,
Ищё пьянился-чуванился Олежа над женой.
Ищё пьянился-чуванился Олежа над женой:
Ищё женка-жена, приразуй-ка меня.
Ищё женка-жена, приразуй-ка меня!
– Я бы рада разувать, позабыла как назвать,
Я бы рада да разувать, спозабыла как назвать.
Праву ноженьку разула, я Алежей назвала.
Праву ноженьку разула, я Алёшей назвала.
Леву ноженьку разула, да звеличала я его.
(По утверждениям исполнительниц, эту песню поют на вечёрках после успешного сватовства, если невеста присутствует, а жениха ещё нет. Такие вечёрки старообрядцы называют девишником, до свадьбы их может быть несколько. Исполняют Прасковья Ивановна Ошлакова 1930 г.р., Татьяна Марковна Выходцева 1934 г.р. и Полина Ивановна Шутова 1932 г.р. Запись 09.01.1994)
***
Пирипёлочка,
Ой, пирепёлачка да маладая,
Ой, перепёлачка да маладая.
Палетай-кася, спалетай-кася,
Ой, спалетай-кася да па сенцам, сенцам,
Ой, спалетай-кася да па сенцам, сенцам.
Па сенцам, сенцам, спа сенцам, сенцам,
Ой, спа сенцам, сенцам, да спа перильцам,
Ой, спа сенцам, сенцам, да спа перильцам.
У те дочь в гостях, у те дочь в гостьях,
Ой, у те дочь в гостях да не надолга,
Ой, у те дочь в гостях да не надолга.
Ни навек пришла, ни навек пришла,
Ой, ни навек пришла да гадавати,
Ой, ни навек пришла да гадавати.
А са годика, а са годика,
Ой, что са годика да на палгода,
Ой, что са годика да на палгода.
А с палгодика, а с палгодика,
Ой, са палгодика да всё на месиц,
Ой, са палгодика да всё на месиц.
А са месица, а са месица,
Ой, а са месица да на ниделю,
Ой, что са месяца да на ниделю.
Са ниделюшки, са ниделюшки,
Ой, са ниделюшки да на денёчик,
Ой, са ниделюшки да на денёчик
Са динёчичка, са динёчичка,
Ой, са динёчичка да на чисочек,
Ой, са динёчичка да на чисочек.
А са часика, а са часика,
Ой, что са часика да на минуту,
Ой, что са часика да на минуту.
А с минутачки, а с минутачки,
Ой, что с минутачки да расставанья,
Ой, что с минутачки да расставанье.
Расставаньица, расставаньица,
Ой, расставаньица, да цалаванья,
Ой, расставаньица, да цалаванья.
(Вечёрка после сватовства, поют в присутствии жениха. Исполняют Прасковья Ивановна Ошлакова 1930 г.р. и Татьяна Марковна Выходцева 1934 г.р. Запись 07.01.1994)
***
[Па сеничкам, па частым], па переборчатым,
Па частым…
Па переборчатым, там хадила жина гулила
Там хади…
…ла жена гулила, малада жана-баяраня,
Малада…
Жана-баяраня, свет, Татьяна а ты Марковна,
Свет, Татья…
…ана Марковна, ва руках ды носит блюдечко
Ва руках…
Ды носит блюдечко, на блюдичке лежыт(ы) яблочка
На блюди…
…чке лежит яблачка. «Палежите маи яблачки,
Палежи…
…те, маи яблачки, палежите-ка малёханька,
Палежи…
…те-ка малёханька, пака я маладёшанька,
Пака я…
… маладёшанька […]
(Дальше пропуск в тексте. Ближайший по смыслу вариант, который удалось найти в интернете, смотрите здесь – жена будит мужа, чтобы сообщить, что его конь оторвался от привязи)
[…] атвязался конь вароненький,
[Ат атвязал…
…ся] конь вароненький, ат сталба, сталба тачёнава,
Ат сталба…
…сталба тачёнава, ат калечка пазлачёнава,
Ат кале…
…чка пазлачёнава, он помял сады зелёные,
Он помял…
…сады зелёные, и калинушку-малинушку,
И кали…
…нушку-малинушку, сладку ягоду малинушку,
Сладку я…
…году малинушку». «Не тужи Татьяна Марковна,
Не тужи…
… Татьяна Марковна, разведём сады зелёные,
Разведём…
…сады зелёные, и калинушку-малинушку,
И кали…
…нушку-малинушку, сладку ягоду малинушку,
Сладку я…
(Приуроченность не указана исполнителями, судя по тексту, это предсвадебные вечёрки. В песне невеста величается по имени-отчеству, вероятно, пропущенный фрагмент включал также величание жениха. Исполняют Прасковья Ивановна Ошлакова 1930 г.р., Татьяна Марковна Выходцева 1934 г.р., Полина Ивановна Шутова 1932 г.р. и Иван Ефимович Шутов 1930 г.р. Запись 09.01.1994)
***
Ой, падайди-ка ды мой-кя ты, тятя ро[дненький],
Ой, да расплети-ка мне трубчату косу, да девью кро[сату],
Ой, да что от роду-та, в первай раз, да что от роду, ва паследняй раз.
(Так причитает невеста после бани на девишнике, когда родственники расплетают ей косу. Подробнее о бане в последний день перед свадьбой и причитаниях невесты читайте в статье Ю.В. Аргудяевой, стр. 166-167. Исполняет Ефросинья Савельевна Ошлакова 1934 г.р. Запись 08.12.1993)
***
Ты радимой родный мой тятенька,
Папрашу-ка тебя я из милости, папрашу я из покорности,
Падайди-ка ко мне поближе,
Расусти-ка мне трубчату косу,
Трубчату косу, девью кросату,
Что от роду-та, было в первы[и]х,
Что от роду-та, ва паследни[и]х.
Радимая моя мамонька,
Папрашу-ка тебя я из милости, папрашу я из покорности,
Падайди-ка ко мне поближе,
Расплети-ка мне трубчату косу,
Трубчату касу, девью кросату,
Что от роду-та, было в первы[и]х,
Что от роду-та, ва паследни[и]х.
(Тот же причет речитативом с комментариями. Исполняет Ефросинья Савельевна Ошлакова 1934 г.р. Запись 10.01.1994)
***
Салятела сера утка са гнезда,
Палятела в чужедальны [есть вариант «в незнакомы…»] гарада,
В гарадах-та жили моладцы,
Жили моладцы приветливыя,
Стали утицу приманивати,
Серу белу пригаваривати:
– Дарагая мая госюшка,
Прахади, садись на лавачку,
Расскажи-ка ты нам новинькава,
На каво душа надеиляся,
На каво же спанадеилася?
– Я надеилась на Лешаньку,
Свет, на Валентиновича,
Чаю-чаю, что не бросит он меня,
Сама знаю, поцелует три раза.
(Первый день свадьбы. Поют, когда жених увозит невесту из дома на венчание. Кое-что может показаться непонятным: «госюшка» – гостья, гостюшка, «Лешаньку» – Олеженьку, т.е. Олега Валентиновича Семёнова, чьи имя-отчество исполнительницы взяли для примера величания жениха. Если вы будете использовать эту песню на практике, вам придётся самостоятельно уложить инициалы жениха в ритм песни. Тут возможны разные варианты, например, в нашем случае можно было спеть: «На Олега Валентиновича», «На младого Валентиновича», «Свет, на млада Валентиновича» и т.п. Исполняют Прасковья Ивановна Ошлакова 1930 г.р. и Татьяна Марковна Выходцева 1934 г.р. Запись 07.01.1994)
***
Забалела й у Маши галовка,
Забалела й у Маши галовка,
Забалела, забалела, й у Маши галовка,
Забалела, забалела, й у Маши галовка.
Атчего же й ана забалела,
Й атчего же ана забалела,
Атчего ж, атчего ж ана забалела,
Атчего ж, атчего ж ана забалела?
Са дна моря зелинь захатела,
Са дна моря зелинь захатела,
Са дна моря, са дна моря зели захатела,
Са дна моря, са дна моря зели захатела.
[Зелина достать бы кто бы изыскался,
Зелина достать бы] кто бы изыскался,
Изыскался, изыскался маладой малодчик,
Изыскался, изыскался маладой малодчик?
Излещил бы Машину галовку,
Излещил бы Машину галовку,
Излещил бы, излещил бы Машину галовку,
Излещил бы, излещил бы Машину галовку.
Я на карим да моря даеду,
Я на карим да моря даеду,
Я на карим, я на карем да моря даеду,
Я на карим, я на карем да моря даеду,
На подласым море пириеду,
На подласым море пириеду
На подласым, на подласым море пириеду,
На подласым, на подласым море пириеду.
Я на серым зелина достану,
Я на серым зелина достану,
Я на серым, я на серым зелина достану,
Я на серым, я на серым зелина достану.
Излищу я Машину галовку,
Излищу я Машину галовку,
Излищу я, излищу я Машину галовку,
Излищу я, излищу я Машину галовку!
(«Зелинь», «зелино» – зелье, вино, «карий», «подласый», «серый» – соответственно, коричневый, песочного цвета и серый – масти жеребцов, на которых «маладой малодчик» намерен переехать море, чтобы достать вожделенное зелье дабы излечить Машину больную головку. Исполняют Прасковья Ивановна Ошлакова 1930 г.р. и Татьяна Марковна Выходцева 1934 г.р. Запись 07.01.1994)
***
Этой песней, которую местные старообрядцы считают свадебной, и которая в других регионах известна как плясовая, я хочу закончить очередную главу нашего проекта по популяризации фольклора славянских переселенцев в Приморье. Как говорится, на оптимистической ноте…
Свадебная тема оказалась настолько обширной и богатой материалом, что вы, наверное, позабыли, с чего всё началось. А начиналось всё с календарных песен и обрядов. И мой рассказ о них прервался на период свадеб, именуемый зимним мясоедом. Почему «мясоед»? Потому что от Крещенья и до самого начала Сырной седмицы кроме рыбных дней никаких ограничений на употребление мяса не было. А в последнюю неделю этого периода не было даже традиционного рыбного дня.
Именно возможность приготовить вкусные и разнообразные угощения без каких-либо ограничений по продуктам и заставляла крестьян планировать свадьбы на этот период. Но вот мясоед закончился и что дальше? А дальше начиналась недельная подготовка к Великому посту, которая включала отказ от мяса, рыбы и яиц, но допускала употребление молочных продуктов. Популярность сыра и творога повлияла на название недели – Сырная.
Немного копнув интернет, вы и без меня легко узнаете, что в Сырную неделю, или, по-старинному, седмицу принято было чествовать молодых, что в это время пекли блины и молодые именно в Масленицу и ходили к «тёще на блины». А прочий народ катался на санках с горок и по равнине – на санях, запряжённых тройкой лошадей. Тут я не собираюсь ничего поправлять и опровергать, только открою тайну, что названия дней масленичной недели, ну, помните – «встреча», «заигрыши», «лакомка», «разгуляй-четверток», «тёщины блины», «золовкины посиделки», «прощённое воскресенье» – изобретения поздние, уже двадцатого века, возможно, даже, второй его половины.
Оставим всю эту «теорию» другим авторам, я лучше расскажу о масленичных песнях и обрядах, которые нам удалось записать непосредственно в Приморье.
Удивительно, но именно переселенцы из ГБЧ-региона сохранили самые интересные описания и припевки (что такое ГБЧ регион смотрите здесь) масленичной недели. Ни у украинцев, ни у смоленских, ни у староверов подобный материал не записан.
В первой же экспедиции в село Многоудобное Шкотовского района у уроженки затопленного в 1974-1975 годах села Харитоновка Лидии Алексеевны Ковяховой 1913 г.р. (я упоминал о ней раньше здесь) мы записали потрясающую масленичную песню:
Маслинка, Маслинка у Бога была,
Лучше б тябе семь няделяк, а Посту одна,
Я ж думала, Маслинай семь нядель,
Астается Маслинай адин день.
Маслинка, Маслинка у Бога была,
Лучше тябе семь няделяк, а Посту одна,
Маслинка, Маслинка, пализуха,
Прастянися, Маслиная, да Духа.
(«Пализуха» - прозвище, потому что она «полизала сыр и масло, теперь суха». «Прастянися, Маслиная, да Духа» - протянись до Духова дня, до понедельника после Троицы, который наступает на сотый день после Прощённого воскресенья. Запись 12.06.1992)
***
Одна неделя Масленицы куда веселее семи недель Великого поста, поэтому такие припевки встречаются довольно часто. В селе Васильевка Партизанского района свои варианты нам напела Татьяна Артёмьевна Зайцева (1923 г.р.):
Масленая-пализуха!
Пализала сыр и масло дай до Духа!
Как мы Маслену дажидали!
Бочку сыра гатавали!
[Маслиная], белый сыр!
А кто ажанился – батькин сын!
А кто не жанился – сукин сын!
(Вероятно, третьей строкой должен идти рефрен «Маслиная, белый сыр!». «Гатавали» - готовили. Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 08.07.1992)
***
А вот масленки из Соколовки Чугуевского района в исполнении Марии Ивановны Вировой 1928 г.р.:
Маслиная, белый сыр!
А хто не жанився – сукин сын!
Запрягу я барана
Паеду я па драва,
Маслиная щасливая!
Запрягу я курицу,
Паеду на вулицу,
Маслиная щасливая!
(Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 22.10.1992)
***
Самая длинная масленичная песня была записана в селе Новомихайловка от участниц фольклорного ансамбля «Милые женщины», с которыми я вас уже знакомил. Мы несколько раз записывали от них эту песню с августа 1992-го по февраль 1993-го года. Предлагаю вашему вниманию самый полный и технически самый качественный вариант. Он был записан во время съёмок документального фильма о масленичных традициях приморской глубинки Дальневосточной студией документальных фильмов «Дальтелефильм». Об этом фильме я расскажу чуть позже, а пока назову наших исполнительниц поимённо: Вера Ивановна Щуковская 1919 г.р., Фаина Севостьяновна Щуковская 1932 г.р., Надежда Игнатьевна Финачко 1933 г.р. и Ксения Прокопьевна Одинец 1929 г.р.
Эх, Маслиная-каталичка,
Э, вай-люлей, вай-люлей, каталичка(о) – [У!]
Што ж ты, Маслиная, нивеличка,
Э, вай-люлей, вай-люлей, нивеличка(о) – [У!]
Ой, Маслиная, каташенька
Э, вай-люлей, вай-люлей, каташенька(о) – [У!]
Праважали мы тебя харашенька,
Э, вай-люлей, вай-люлей, харашенько – У!
Ох, Маслиная, у вазочку,
Э, вай-люлей, вай-люлей, у вазочку – [У!]
Целавали хлопцы девак па разочку,
Э, вай-люлей, вай-люлей, па разочку – У!
Кукареку, петушок, кукареку,
Э, вай-люлей, вай-люлей, кукареку – [У!]
Мы павалим старый дуб через реку,
Э, вай-люлей, вай-люлей, через реку – У!
А па том[у] па дубу никто ни хадил,
Э, вай-люлей, вай-люлей, никто ни хадил – [У!]
А Ваничка Маничку за ручку вадил
Э, вай-люлей, вай-люлей, за ручку вадил – У!
Ой, Маслиная, сладкий сыр,
Э, вай-люлей, вай-люлей, сладкий сыр – [У!]
А чево ж ты ни женился, сукин сын,
Э, вай-люлей, вай-люлей, сладкий сыр – [У!]
Чиво замуж ни пашла, сукина дачка,
Э, вай-люлей, вай-люлей, сукина дачка – У!
Ой, Маслиная, каталичка,
Э, вай-люлей, вай-люлей, каталичка(о) – [У!]
Што ж ты, Маслиная, нивеличка,
Э, вай-люлей, вай-люлей, нивеличка(о) – [У!]
Ой, Маслиная, каташенька
Э, вай-люлей, вай-люлей, каташенька(о) – [У!]
Правадили мы тебя харашенька,
Э, вай-люлей, вай-люлей, харашенько – У!
(Вообще-то это тоже не песня, а набор припевок, но в таком исполнении выглядит вполне цельно. «Каталичка» не имеет к католикам никакого отношения, это производное от глагога «кататься» – эпитет, означающий, что в Масленицу принято кататься на санях. Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 19.02.1993)
Как вы уже, наверное, поняли, в Масленицу принято было дразнить молодых людей, достигших брачного возраста, но ещё не создавших семью. Их не просто «чествовали» нехорошими словами в припевках, если молодого мужчину, засидевшегося в холостяках, встречали на улице, ему привязывали «колодку», которую он не имел права снять по своей воле, и требовали выкуп. «Колодкой» могло служить реальное полено, но иногда ограничивались красной лентой. Повязать её могли как девушки, так и взрослые женщины. Послушайте, как рассказывают об этом обычае Олегу Семёнову участницы фольклорного ансамбля села Самарка Чугуевского района Приморского края.
(Записал Олег Семёнов 26.02.1993)
Теперь о фильме. Полное название – «В пути за живой водой /Масленица». Продолжительность – 25 минут. Режиссёр – Владимир Патрушев, оператор – Василий Рещук, звукооператор – Владимир Кириллов. Киностудия «Дальтелефильм.
Научный консультант фильма – сотрудник Института истории, археологии и этнографии Дальневосточного отделения Российской Академии наук, фольклорист-этнограф Лидия Евгеньевна Фетисова, автор книги «Восточно-славянский фольклор на юге Дальнего Востока России».
В фильме приняли участие фольклорные ансамбли и исполнители сёл Чугуевского района Соколовка (Вировая М.И.), Новомихайловка, (ансамбль «Милые женщины»), Самарка (ансамбль Самарского Дома культуры), а также два фольклорных коллектива из города Владивостока – «Криница» (ансамбль филологического факультета Дальневосточного государственного университета) и «Традиция» (на тот момент творческий коллектив при Краевом центре народной культуры Управления культуры Приморского края).
В интернете фильм есть на следующих ресурсах: Сайт ГТРК «Владивосток», Сайт «Кино Приморья», ВК Видео, Ютуб.
Фильм хороший, посмотрите обязательно. А я заканчиваю свой рассказ о Масленице. На очереди – Великий пост и Пасха.
Великий пост длится от Прощённого воскресенья до Пасхи, которую в фольклоре часто именуют «Велик-день». Всего получается семь недель или 49 дней. Так как Пасха праздник солнечно-лунного календаря, каждый год её дату приходится рассчитывать особым образом. Теоретически всё выглядит просто – это первое воскресенье после первого весеннего полнолуния, которое, в свою очередь, отсчитывается от дня весеннего равноденствия. На практике свою правку в расчёты вносят религиозные противоречия, несовпадение исторических подходов к расчёту сакральных дат в различных конфессиях, отставание юлианского календаря от григорианского и «плавающая» дата весеннего равноденствия (в различные периоды – 19, 20 или 21 марта).
Разброс дат по разным годам получается приличный, больше месяца. Самая ранняя известная мне Пасха была в 2010 году – 4 апреля. Самая поздняя – в 1983-м – 8 мая. Поэтому лучше не считать самим, а справляться о таких серьёзных вещах на православных сайтах.
На Великий пост выпадает несколько народных праздников, о которых нам рассказывали старожилы. Два из них привязаны к конкретным датам – Сóроки и Благовещение. Христианскую историю их происхождения рассказывать не буду, сами загуглите, несложно. А вот рассказы старожилов, описания полузабытых обрядов, которые, пожалуй, и подревнее христианских будут, я вам здесь представлю.
Сначала Сóроки. Это приметный день «солнечного» календаря, он празднуется 22 марта, почти совпадает с датой равноденствия и имеет кроме религиозного народное содержание. Это день закликания весны и перелётных птиц, которые на своих крыльях, по мнению наших предков, несут эту самую весну в наши края. Тут всё предельно поэтизируется и одушевляется. В честь прилетающих птиц народ печёт пресное печенье «жаворонки». Подозреваю, что в двадцатом веке в результате отделения церкви от государства и по мере наступления почти всеобщего атеизма «жаворонки» стали печь из любого теста, а некогда серьёзный обряд превратился в забаву.
Впрочем, давайте дадим слово переселенцам и их потомкам. Свою версию происхождения праздника и описание печенья изложила Мария Фёдоровна Редлих из села Новицкое Партизанского района:
Сороки… раньше их праздновали как сорок мучеников у Христа…
(Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 07.06.1992)
***
А вот рассказ нашей старой знакомой Лидии Алексеевны Ковяховой из Харитоновки (село затоплено во время строительства артёмовского водохранилища, фонограмма записана в селе Многоудобное Шкотовского района) с комментариями её односельчанки Дарьи Никитичны Бичевиной о том, как в Сороки палили солому на реке, сопровождая это действие припевкой «Запалю я куль соломы, пущу за водою…» (другие исполнительницы, описывая этот обычай, приурочивали его к Благовещенью, т.е. к 7 апреля):
…на речке палим мы солому кулями. Вяжем и палим…
(Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 12.06.1992)
***
Любопытную примету, связанную с погодой на Сороки, удалось записать в Хороле Хорольского района от украинки Марии Николаевны Шимко 1917 года рождения. По её утверждению, если на «Сорок святых» холодно, то и дальнейшие сорок дней будут заморозки, а лето будет сырое и холодное. (Записали Олег Семёнов, Сергей Макаркин 08.04.1995)
Ольга Ивановна Бугоркова 1925 года рождения из села Антоновка Кировского района Приморского края рассказала, что печенье в форме птичек раздавали детям, при этом что-то говорили: «Приказывали как-то… Як я забыла, я же дитём ще была» (записали Сергей Макаркин, Анжелла Анашкина, Инна Распутная 17.05.1995).
Гадание на печенье «жаворонки», но не в Сороки, а в подвижный великопостный праздник Средокрестие (середина Великого поста, четверг четвёртой недели) довольно подробно описала уроженка Ульяновской области Вера Васильевна Ёлкина 1926 г.р.. с которой мне удалось побеседовать в селе Преображенка Кировского района:
«Жаворонки нам мама пякла. И в жаворонки обязательно положит копейку. Кому копейка та достанется, тот шчастливым будет»
(Записал Сергей Макаркин, 17.05.1995).
***
Вот и всё, что удалось разузнать о Сóроках и «жаворонках». Специальных весенних песен, в которых жаворонков-птиц закликают, просят скорее принести весну, увы, найти не удалось, хотя по другим регионам таких материалов много. Зато весенних песен другого содержания и другой приуроченности записано достаточно. Но обо всём по порядку
Сразу после Сороков в календаре народных праздников значится Благовещенье, которое православные отмечают 7 апреля. Именно с этим днём чаще всего связывают обычай делать плотики с зажжённой соломой и пускать их по реке, сопровождая эти действия песней «Запалю я куль соломы, пущу за водою». Самый полный вариант этой песни исполнила Евдокия Ефимовна Талвинская 1913 г.р., переселенка из Брянской области, с которой нам удалось побеседовать в селе Многоудобном Шкотовского района:
Запалю я куль саломы, пушчу за вадо…[ю],
Вадою,
Накажитя майму роду, што я удаво…[ю],
[У]давою,
Хоть сама я удавою, детки сирато…[ю],
[Си]ратою.
Иссучу я миламу васкавую све…[чку],
Свечку,
Як ухопя, дак затопя в быстринькаю ре…[чку].
(Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 13.07.1992)
***
По смыслу это плач: «Зажгу я сноп соломы, пущу по воде, / пусть расскажет моим родным, что я – вдова, / сама – вдова, детки – сироты, / сделаю я [вероятно, умершему] мужу восковую свечку, / да и брошу её в быстренькую речку». А может, не «брошу», а «брошусь»? Как правильно, не владея диалектом, перевести слова «як ухопя, дык затопя в быстринькаю речку»? Непонятно. Дальнейшие поиски привели нас в Суражевку, к землячке Евдокии Ефимовны Анастасии Сазоновне Купцовой 1906 года рождения. Уроженка села Селище Брянской области (в 1906 году – Суражского уезда Черниговской губернии), она спела почти тот же текст, и даже вроде бы опровергла мысль, что речь идёт о самоубийстве, но ясности по смыслу особо не добавила, скорее ещё больше запутала. Да вы сами послушайте:
(Село Суражевка, Артёмовский городской округ, записали Сергей Макаркин и Ирина Митленко 01.07.1993)
***
Судя по этому тексту, обычай пускать горящую солому по воде – отголоски поминального обряда или что-то в этом роде. Почему обряд оказался связан с праздником Благовещения для меня такая же тайна, как и для вас. Но брянский календарный фольклор – это вообще одни загадки. И чтобы разобраться тут хоть немного, предлагаю вам провести самостоятельный поиск научного объяснения этого обычая в сети. Вставьте в строку браузера вот такой поисковый запрос: Мифологический мотив пускания огня по воде на Благовещение в Полесье. Я попробовал – мне понравилось.
А вот смоленские бабушки припомнили обычай устраивать на Благовещение совместную трапезу на природе с обязательными пирожками. Что это были за пирожки, из какого теста пеклись и были ли похожи на жаворонков, мы, к сожалению, не расспросили.
Про обычай, на Смоленщине рассказывает и поёт Матрёна Прохоровна Васильева 1905 г.р., уроженка Стадолинского (ныне Починковского) района Смоленской области, переехавшая в Приморье в 1939 году:
…А весна красна, тёпло летико,
Ой, люли-люли, тёпло летико,
Зароди, Божа, жита густыя,
Ой, люли-люли, жита густыя,
Жита густыя, каласистыя,
[Ой, люли-люли, каласистыя,
Каласистыя, аржанистыя,
Ой, люли-люли, аржанистыя!]
(Записали Оксана Данилюк, Ирина Митленко, Вадим Попов, Сергей Макаркин 28.07.1992)
***
Из примет, связанных с праздником Благовещения, мы зафиксировали ровно одну. О ней сообщила Мария Николаевна Шимко, которую я упоминал выше, когда писал о приметах на Сороки. По утверждению Марии Николаевны, в Благовещение примечают погоду – какая будет в этот день, такая будет и в Пасху.
Вот, пожалуй, и всё, что я могу сообщить вам о благовещенских песнях обрядах и обычаях, зафиксированных участниками ансамбля народной музыки «Традиция» в Приморье с 1992 года по настоящее время. Все остальные наши открытия связаны не столько с конкретными датами, сколько с ранней весной вообще. Крестьянский сельскохозяйственный «год» длился с апреля по октябрь. Плюс-минус, конечно. Поэтому ранняя весна – середина марта-начало апреля, вероятно, осознавалась как завершение прошлого (старого) сельскохозяйственного цикла и начало нового. «Старый год» провожали грустной поминальной песней, жгли солому – «одежду» прошлогоднего хлеба. Пускали её по воде, и река уносила прошлое в небытие, открывая дорогу новому хлебу и, соответственно, новой жизни. Давайте примем это ненаучно-поэтическое объяснение в качестве рабочей гипотезы и пойдём дальше. Ведь нас ждут веснянки!
Веснянки
Как я уже писал выше, обрядовых обращений к перелётным птицам (жаворонкам), дабы они скорее доставили весну куда положено, в фольклоре переселенцев мы не обнаружили. Зато обращений к самой весне, или, правильней сказать, к Весне – много.
Однажды я уже рассуждал на эту тему на своей стене в VK и приводил примеры песен-веснянок с расшифровками текстов.
Но это было давно, в марте 2023 года. С тех пор платформа VK сильно осложнила пользователям возможности добавления в соцсеть новых музыкальных треков, и я уже ничего не могу выложить туда из своей фольклорной коллекции. А здесь – пожалуйста, ловите момент.
Что цепляет в веснянках, так это их краткость и, как я уже предупреждал ранее, загадочность мотивов и сюжетов. Весна явно одушевляется, или, как любят писать в своих диссертациях фольклористы, персонифицируется. Но, что удивительно, не всегда «Весна-весняночка» там главная, иногда она присутствует только для рифмы к имени Ульяночка. Кто же эта «Ульяночка»? Вероятно, Иулиания Птолемадийская, день памяти которой выпадает на 17 марта, или Иулиания Понтийская – 2 апреля. То есть, древняя дохристианская Весна – всего лишь уважаемая крестьянами предшественница, а христианская святая Ульяна – символически и хронологически «дочь» Весны – действующая и по-настоящему всеми почитаемая покровительница. Совсем как на картине Сандро Ботичелли «Весна», где языческая красавица Весна хотя и присутствует на первом плане, но кажется второстепенным персонажем на фоне Богородицы, фигура которой расположена в центре композиции:
Как искусствоведы объясняют феномен столь непротиворечивого столкновения язычества и христианства в сюжете Ботичелли, можно посмотреть на соответствующей странице сайта «Культурология». Зайдите, прочитайте и обязательно возвращайтесь сюда, будем вместе ломать голову над глубинными тайнами души приморского переселенца.
Что же делает в весенних песнях наша загадочная «Ульяночка»? В припевке, исполненной Федорой Ивановной Бахтиной 1905 г.р. из села Владимиро-Александровское, она отсутствует, и это, по-видимому, плохо:
Весна-весна, весняночка,
Где ж твоя дочка Ульяначка? – У!
(Закличка. Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 12.07.1992)
***
Агафья Филимоновна Привалова из Многоудобного даёт чуть больше текста, появляется попытка объяснения отсутствия «Ульяночки»:
- Весна-весна, весняночка,
Где ж твоя дочка Ульяначка?
- Пагнала бычку [о]на раночки,
Пасися бычка, я спряду мычку
Старому деду на рукавичку…
(Закличка, текст. «Мычка» - клок льняного волокна, предназначенный для прядения нити и закреплённый на ручной прялке. Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 13.07.1992)
***
Дальнейшее расследование ведёт нас к Наталье Дмитриевне Ворожбит 1911 года рождения в село Анучино Анучинского района Приморского края. Она спела и рассказала самый длинный вариант этой заклички. По её словам, после деда и старухи, которые суть – свёкр и свекруха, следовало упомянуть деверя и золовку, которым нитки нужны были, соответственно, на «жупанишку» (пиджак) и «косынку на головку»:
А висна ж мая висняна…[чка] – У!
Де твая дачка Ульяна…[чка] – У!
Пагнала бычка [о]на рана…[чка] – У!
Пасися, бычку, а я спряду мы…[чку] – У!
Старому деду на рукави…[чку] – У!
Старой старухе на спадни…[чку] – У!
(Записал Сергей Макаркин 19.07.1993)
***
Словом, стояла задача обеспечить нитками целую семью, причём, за то время, пока пасётся бычок. Вот и гадайте теперь, что бы это могло означать.
Другие тексты повествуют о том, что Весна зимовала в лесу, сидела «на дубочку, пряла на сорочку», или «кросенки там ткала». Кросна – это ткацкий станок. Возможно, так народ сам пытался оправдать долгую холодную зиму) тем, что Весна была очень занята – пряла и ткала, чтобы обеспечить домашних одеждой. Учитывая, что именно прядение и ткачество были основными видами деятельности женщин всю осень и зиму, можно сказать, что крестьяне строили мифологическую картину своего мира на основе реальности, в которой жили сами.
Очень красивая, но очень короткая закличка от ансамбля «Милые женщины», Новомихайловка Чугуевский район (обратите внимание на комментарии после заклички – это бабушки объясняют, как печь жаворонков, называя клюв птички дюбочкой – не путать с юбочкой, про которую они тоже говорят!), исполняют Одинец Ксения Прокофьевна, Щуковская Вера Ивановна, Финачко Надежда Игнатьевна:
-Весна, весна, весняночка, где ты зимовала?
Где ты зимовала?
- Я в лясочку на дубочку пряла на сорочку…
(Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 02.03.1993)
***
Версия их односельчанки Антонины Артемьевны Дмитриевой 1925 года рождения повествует о Весне-ткачихе (обратите внимание, про Ульяночку ни слова):
-Весна, весна, весняночка, где ты зимова[ла]?
Где ты зимовала?
- Я в лясочку на дубочку а кросанки тка[ла]…
(Записали Олег Семёнов, Сергей Макаркин 21.10.1992)
***
Весна-пряха закликалась не только в Новомихайловке, но и в Соколовке того же района. Свой вариант исполнила уже многократно мной упоминавшаяся замечательная исполнительница Вера Ивановна Вировая 1928 (по другим данным 1922) года рождения (и слова вроде бы те же, но ведь звучит совершенно по-другому!):
-Весна, весна, весняночка, где ты зимовала?
Где ты зимовала?
- Я в лясочку на дубочку пряла на сорочку…
(Записали Олег Семёнов, Сергей Макаркин 22.10.1992)
***
Пожалуй, это все имеющиеся в нашем архиве веснянки приморских переселенцев, которые можно было исполнять в Великий пост. Остальные весенние песни и припевки начинали петь уже после Пасхи.
Главнейший религиозный праздник православного христианства, Пасха, одновременно и самый главный народный праздник сельскохозяйственного года. Его главенство проявляется уже в народном названии – «Велик-день». Эпитета «великий» не удостоился больше ни один день русского крестьянского календаря. С Пасхой связано большое количество народных верований, обычаев, обрядов и игр, но описание большинства из них можно легко найти на различных интернет-ресурсах. А вот чего нет или почти нет на этих ресурсах, так это фольклорных материалов по Приморскому краю. И мы вот прямо сейчас будем этот досадный недостаток всемирной сети исправлять с помощью фольклора черниговских переселенцев.
Само пасхальное воскресенье обрядовыми народными песнями небогато. За всю историю этнографических исследований в Приморье официально опубликован один-единственный текст волочебной песни (волочебные –обрядовые песни, подобные рождественским колядкам, но приуроченные к Пасхе). Она записана в г. Дальнереченске учительницей Ефросиньей Ананьевной Ляховой 1900 года рождения и опубликована в двух сборниках приморского фольклора – «Фольклор Дальнеречья, собранный Е.Н. Сыстеровой и Е.А. Ляховой» (Издательство ДВГУ, 1986 г.) и «У ключика гремучего» ( Издательство ДВГУ 1989 г.). Сборники доступны в библиотеках Приморского края, в том числе в ПКПБ им. А. М. Горького (Владивосток) и в научной библиотеке ДВФУ. К сожалению, они пока отсутствуют в свободном доступе в сети интернет, но я сделал скан нужной страницы, и теперь вы можете познакомиться с её текстом:
(Ссылка на оригинал скана песни на Яндекс-диске)
Приморской аудиозаписи этой песни нет, но в соцсети VK мне удалось найти похожий по зачину и, вероятно, близкий по мелодии вариант. Исполняет Ганна Ивановна Татур 1929 г.р., село Колбчанская Слобода, Кличевский район, Могилёвская область, Беларусь.
***
Волочебная песня, опубликованная в указанных выше фольклорных сборниках, на данный момент единственный известный мне пример народной обрядовой песни, исполнявшейся непосредственно в Пасху. Все остальные исполнялись позже. Причём эти остальные делятся на три разных жанра (подчёркиваю, речь идёт о фольклоре переселенцев из гомельско-брянско-черниговского пограничья): «пасхальные» веснянки, обрядовые хороводы и игровые хороводы. Встречаются, конечно, и другие, вольно или невольно приуроченные к этому празднику песни, но они, как говорится, погоды не делают.
Начнём с «пасхальных» веснянок. Их отличие от «настоящих» веснянок в том, что они приурочены не к весеннему равноденствию и не к Благовещению, то есть не к ранней весне, а, как правило, к более позднему времени, когда весна уже вовсю вступила в свои права. Отсюда – отсутствие обращений к Весне или к мифической дочери Весны Ульянке. Сюжеты содержат игровые, небыличные и даже свадебные мотивы. Сами песни, обычно, короткие, подобные «настоящим» веснянкам, но встречаются и довольно пространные тексты. Вот несколько примеров от уроженки деревни Малоудёбное Брянской области Евдокии Ефимовны Талвинской 1913 года рождения, на момент записи – жительницы села Многоудобное Шкотовского района Приморского края:
Як пайду я в балотичко, в балотичку то…[пко],
Топка,
Я думала, жаних стаит, а йта сена ко…[пка],
Копка,
Як пайду я в балотичку, в балотичку гря…[зна],
Грязна,
Я думала, жаних стаит, а йта сена вя…[зка].
(По утверждению исполнительницы эту песню «ýкали», но как именно, она не пояснила и не продемонстрировала. Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 13.07.1992)
***
А в балоти на гароди чёрт ваду калыша,
Калыша,
Хлопчичак да девачки часто писмы пи…[ша],
Пиша,
Ня ён пиша, писарь пиша, а он прамавля…[я],
Прамавляя,
Нихай маю милаю никто ни займа…[я],
Займая,
Хоть займая, ни займая, нихай ни цалу…[я],
Цалуя,
Нихай ея бела личка никто ни малю…[я].
(«Прамавляя» - говоря. Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 13.07.1992)
***
Первая строчка этого текста хорошо известна широкой публике, увлекающейся этно- и фолк-музыкой, так как в качестве припева вошла в композицию «Ящер» поп-группы «Иван Купала». Но «Иван Купала» исполняет её с припевом «Ой, лёли-лёлюшки», что позволяет отнести заимствованный ими фрагмент к группе обрядовых пасхальных хороводов «стреловского типа», о которых я напишу позже. А сейчас посмотрите клип «Ящер», доступный на платформе VK Видео:
Обратите внимание, что здесь «в балоти на калоде линь ваду калыша». Согласно сайту «РУВИКИ», линь – озёрная и речная рыба, «обитает преимущественно в мелководных озёрах и прудах с густой водной растительностью и илистым дном, а также в реках с медленным течением». Линь медленно шевелит воду в заболоченной речке – картинка вполне реалистичная. А у нас – чёрт, мифологическое существо! Откуда он взялся в песне? По-видимому, это тот случай, когда в народном сознании отождествляются чёрт и леший. Эту мысль я почерпнул из книги Л.Н. Виноградовой «Мифологический аспект славянской фольклорной традиции», глава «Полесские поверья о чёрте «Той, шче лозами трясе», страница 69, последний абзац. Ищите и обрящете.
Несмотря на всю постановочность и «попсовость» клипа, хочу отметить вокальную работу исполнительниц из «Ивана Купалы», сумевших по высоте и тембрам голосов приблизиться к оригинальному звучанию таких песен. Действительно, они поются очень высоко и немного странными для горожанина, крикливыми, даже почти визжащими голосами. Это – обычная для Восточного Полесья манера исполнения календарных обрядовых песен, предназначавшихся для того, чтобы буквально докричаться до небес, то есть до высших потусторонних сил, в которые крестьяне искренне верили. А вовсе не для услаждения нашего с вами слуха.
***
А вот несколько подобных весенних песен от Марии Ивановны Вировой, 1928 г.р., из Соколовки Чугуевского района:
Як выйду я на улицу, я крикну, я кри…[кну].
Я крикну, я крикну,
Ў Сакалоўке родилася, нигде ни привы…[кну],
Нигде ни привыкну,
Треба ж мене привыкати, як уродной ма…[ти].
(Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 22.10.1992)
***
Лятел певинь чиряз рэку, кричаў кукарэку,
Кричаў кукарэку,
Падай, падай да девачка руку чиряз рэ…[ку].
Руку чиряз рэку,
Ой, рада б я да хлопчычак абея пада…[ти].
Абея падати,
Ни вялела мая мати за тябе й атда…[ть].
За тябе й атдати,
А вялела ж мая мати ширыначку тка…[ти].
Ширыначку ткати,
Таненькаю, бяленькаю, шеўком белым ши..[ту].
(«Ширыначку ткати» - возможно, имеется ввиду свадебный рушник, на который встают жених и невеста, когда получают благословение родителей. То есть, девушка объясняет юноше, что уже просватана за другого. Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 24.10.1992)
***
На улицу не йду, не йду, а в хате ня все…[жу].
А в хати ня всежу,
Падкатився пад вароты, ой, чёрт крываро…[тый].
Ой, чёрт крываротый,
Ой, штоб тябе падкатила лихая годи…[на].
Лихая година,
Чэрэз тябе праскурвы сын мяне мати би…[ла].
Мяне мати била,
Ой бей, мати, карай, мати, тяперь ни нау…[чышь],
Тяперь ни научышь,
З якем чёртам пазналася, вавек ни разлу…[чышь]
(Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 22.10.1992)
***
Ой, чия й та с краю хата саломай накры…[та]?
Саломай накрыта,
Аттоле шёў да хлопчичак, нага пиряби…[та],
Нага пирябита,
Ой, хто ж яму дай пирябиў, ой, Катина ма…[ти],
Ой, Катина мати
- Ни хади-ка, праскурвы сын, да майго дитя…[ти],
Да майво дитяти,
Маё дитя каханая ў падушках лижа…[ла],
Ў падушках лижала,
А водочка-настоячка ў галовках стая…[ла].
(Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 24.10.1992)
***
Запалю я куль саломы, пущу за вадо…[ю].
Пущу за вадою,
Накажитя майму роду, что я сирато…[ю].
Что я сиратою,
Нема ў мяне радиначки, ни батьки, ни ма…[тки],
Ни батьки, ни матки,
Только ў мяне радиначка – адин дядька ро…[дный],
Адин дядька родный,
Ой, дядячка, ой, роднинький, пусти пагуля…[ть],
Пусти пагуляти,
Ой, буду я, мой дядячка три дни жита жа…[ть],
Три дни жита жати,
Жита жала, жита жала, снапов ни виза…[ла],
Снапов ни визала,
Сколь гуляла, ни гуляла, правды ни каза…[ла],
Правды ни казала,
Тады буду снапы визать, як месичка взо…[йдя],
Як месичка взойдя,
Тады ж буду правду казать, як ён мяне во…[зьмя].
(Записали Олег Семёнов и Сергей Макаркин 20.02.1993)
***
Как видно из четырёх вышеприведённых текстов, основное содержание – добрачные отношения парня и девушки. Причём, девичий взгляд на проблему. И это понятно, ведь, как известно, весна – «пора любви», со всеми вытекающими последствиями. Родители соглашаются выдать девушку замуж не за того, кого она на самом деле любит, или очень строго оберегают дочь от нежелательного претендента. Одному такому строгая мамаша даже ногу чем-то зашибла. Другому повезло больше – вопреки воле матери девушка «спозналась» с «чёртом криворотым» и теперь их «вовек не разлучишь».
Веснянка «Запалю я куль соломы» явно отличается от благовещенских песен с таким же началом, которые вы уже слышали раньше <ссылка на страницу 18>. Здесь, по-видимому, тоже идёт речь о выборе жениха, но уже девушкой сиротой. Она не желает признаваться в своих предпочтениях, сознавая, что дядя её выбор не одобрит, идёт на хитрость: не хочет вязать снопы днём, обещает все работы закончить при свете месяца, то есть ночью. Заканчивается песня обещанием сказать правду при условии, что «ён мяне возьмя». Означает ли это согласие девушки на чересчур близкие добрачные отношения с избранником и готовность дать согласие на брак только после этих самых «отношений»? Или всё гораздо сложнее и избранник в данном случае не человек, а Месяц, мифологический персонаж?.. В этом случае речь идёт о смерти, поскольку месяц – светило ночное, а ночь в фольклорных произведениях нередко является метафорой смерти. Во всяком случае, давайте не будем отбрасывать эту гипотезу только на основании её фантастичности. Можете не верить, но в русском фольклоре есть сюжет, когда Месяц выступает женихом земной девушки. Это с детства известная многим сказка «Солнце, Месяц и Ворон Воронович».
У других групп переселенцев подобных веснянок либо нет, либо они до нас не дошли. Ни смоленские бабушки, ни старообрядцы ничего подобного нам не спели. А вот украинская веснянка есть. Одна. И тоже на тему непростых отношений молодёжи пубертатного возраста. Ею мы знакомство с этим удивительным и загадочным жанром народной песенной поэзии и завершим. Исполняют жительницы села Лукьяновка Красноармейского района Приморского края Зинаида Григорьевна Кухарец 1925 г.р., Анна Кирилловна Есипенко 1923 г.р. и Надежда Васильевна Есипенко 1911 г.р.:
Висняночка, паняночка,
Дэ ты зимувала, дэ ты зимувала,
Дэ ты зимувала?
У садочку, на кленочку
Пряла на сарочку, пряла на сарочку,
Пряла на сарочку.
Помандрував да Андрушка
У чистое полэ, у чистое полэ,
У чистое полэ.
За ным, за ным Наташичка,
Вернысь, мий соколэ, вернысь, мий соколэ,
Вирнысь, мий соколэ.
Ни вирнуся, бо боюся,
Гордуешь ты мною, гордуешь ты мною,
Гордуешь ты мною.
[Гордуешь ты мною, горддуешь ты мною,]
Як витер горою, туман долиною
Сонце калыною.
(«Помандрував» - поехал, «гордуешь» - пренебрегаешь. Записали Олег Семёнов, Ирина Семёнова, Сергей Макаркин 12.06.1993)
***