Всем привет!
Мы продолжаем рассказывать об обычаях и обрядах приморской деревни, привезённых в наш край переселенцами из разных уголков Российской империи, а позже и Советского Союза.
Кроме гармошки в традиционном ансамбле русско-украинско-белорусского пограничья обязательно присутствовали бубен (на котором играли, как правило, колотушкой), скрипка, иногда балалайка, мандолина, гитара и виолончель. Дуэты гармонь-бубен мы записывали не раз, а вот собрать инструментальный ансамбль, в котором звучала бы ещё и скрипка, или хотя бы балалайка, за всю историю поездок ансамбля народной музыки «Традиция» по Приморскому краю (то есть с 1992 года и по настоящее время) нам, увы, не удалось. Поэтому мы поступили как все нормальные фольклористы-практики – реконструировали приморские наигрыши по отдельным записям исполнителей на различных инструментах, в том числе, скрипача.
Немного расскажу о скрипачах и скрипках.
В среде горожан, мало знакомых с традиционной народной культурой, бытует мнение, что скрипка – не народный инструмент. Что скрипка используется только в классической музыке, имеет четыре струны, один единственный строй, и что учиться играть на ней нужно по нотам в музыкальной школе.
Это – распространённое заблуждение. Скрипка и бубен – самые архаичные русские народные инструменты из всех, перечисленных на этой странице. Прародитель скрипки – средневековый гудок. Он мог иметь две, три, возможно, четыре струны, музыкальный строй, отличный от современного классического, и удерживался исполнителем во время игры вертикально.
Трёхструнные скрипки известны по фольклорным записям, сделанным фольклористами в 50-70-х годах двадцатого века в Курской области. На Новгородчине фольклористы фиксировали гудошные приёмы игры на обычной скрипке фабричного изготовления. Это когда исполнитель держит инструмент вертикально и играет на ней как на виолончели.
Что касается Приморья, то здесь скрипка продержалась приблизительно до начала 1980-х годов. В экспедициях нам довелось общаться с несколькими скрипачами-самоучками, а в 1995-м году в Кировке мы видели скрипку ручной работы! Но её хозяин отказался играть, сославшись на траур по недавно погибшему сыну. К огромному нашему сожалению, и другие скрипачи тоже находили причины (вроде отсутствия инструмента), чтобы не играть, словом, нам повезло только два раза и одна из этих записей сейчас доступна.
Послушайте, как звучат некоторые из уже известных вам наигрышей в исполнении Тимофея Фёдоровича Костенко 1918 года рождения. Правда, в этом случае мы имели дело не с самоучкой: Тимофей Фёдорович рассказал, что в детстве отучился несколько лет в музыкальной школе, участвовал в коллективных выступлениях в районном центре, владеет скрипкой, гармонью, баяном и гитарой (вероятно, семиструнной, не уточнили и, к сожалению, не записали), но жаловался, что повредил пальцы и теперь нормально играть на скрипке не может – типичная история для исполнителей в возрасте за семьдесят.
Итак, Краковяк на скрипке в исполнении Тимофея Фёдоровича Костенко, село Ново-Девица, Хорольский район. Скачать по ссылке.
А вот видеозапись 1996 года – на бубне колотушкой-«булдовкой» играет Илларион Моисеевич Капустин из села Новотроицкое Дальнереченского района Приморского края, а на баяне и гармони ему помогают более молодые исполнители из соседних сёл. Скачать запись.
И снова бубен – видеозапись с фестиваля «Хоровод дружбы» 2016-го года, играет представитель белорусской диаспоры г. Уссурийска Виктор Викторович Гордынец. Скачать запись.
Наигрыш Краковяк – исполняет ансамбль народной музыки «Традиция» (Владивосток). Действие происходит в с. Чугуевка в июне 2024 года, на бубне играет деревянной ложкой (подходящей колотушки быстро не нашли) местный житель Виктор Павлович Мужигола.
И всё это богатство исполнялось - танцевалось и плясалось на тех самых святочных вечёрках, о которых шла речь выше. Предвижу вопросы: что же, они так и играли молча? А те, кто плясал под их музыку – тоже молчали? А где частушки? Или, как их называют потомки брянских переселенцев, «при́пеўки»?
Будут вам и при́пеўки.
В первой же экспедиции в июне 1992-го в село Многоудобное Шкотовского района Приморского края мы записали пару частушек от уроженки села Харитоновка (в 1970-х годах во время строительства Артёмовского водохранилища оно было затоплено, жители расселены по ближайшим сёлам района, в том числе в Многоудобное) Лидия Алексеевна Ковяхова 1913 года рождения. Вот они:
Под гармошку песни пела,
Я напеться не могла,
С милым рядышком сидела,
Наглядеться не могла.
Как нема майго Ивана –
Так вся улица погана,
Как Ивана попрошу,
Всю улицу украшу.
Потом мы поехали в Партизанский район и там, в селе Новицкое, познакомились с целым народным ансамблем в составе: Федор Степанович Подкопаев (1910 г.р.), Мария Сидоровна Ковтун (1925 г.р.), Надежда Захаровна Бизова (1921 г.р.), Мария Филипповна Шелестенко (1919 г.р.), Ульяна Кондратьевна Бойко (1918 г.р.), Вера Ивановна Петрусенко 1919 г.р.) и Алла Ивановна Веселова (1931 г.р.) и они напели нам больше. Причём, прекрасно обошлись без инструментального сопровождения – пели «под язык».
Припевки под Карапет:
Отчего ты, лысый,
Без волос остался?
Оттого, что рано
С девушкой спознался.
Ой, дивчина Надя,
А что тебе надо?
Ничего не надо,
Кроме шоколаду,
Шоколада нету,
Дай мене конфету,
А конфета кисла –
На губе повисла.
Припевки под Подгорную:
Говорят, что я бойка,
Бойка, не отпираюся,
Семерых люблю одна,
Восьмого собираюся.
Гармонист у нас красивый,
Не жените его силой,
Дайте волюшку ему
Невесту выбрать самому.
Ой, что ж ты стоишь,
Моё сердце томишь,
Ко мне близко не подходишь
И другому не велишь.
Гармонист у нас чудак,
Залез с гармонью на чердак,
Гармониста-чудака
Стащили девки с чердака.
Говорила я ему,
Своёму провожатому,
Всё равно ведь разведу,
Не быть тебе женатому.
Эх, топну ногой,
Да притопну другой,
У меня такой характер,
Я не можу устоять.
Оха-ха, да уха-ха
Чем я, девочка, плоха,
На мне юбка новая,
Сама я чернобровая.
У мово милёночка
Стоит хата на краю.
Если он мене изменит,
Разгонюсь и завалю.
Неуже не танцевать,
Неуже не топнуть,
Неужели подо мною
Половицы лопнуть?
Я любила милого,
Любила благородного,
А теперь я ненавижу
Змея подколодного.
Ох, что ж ты стоишь,
Улыбаешься,
Подойди-ка ты поближе,
Повидаемся.
У мово милёночка
Одна кобылёночка,
Лежит не подымется,
Побежит, не внимется.
На военных ребят
Хороша одёжа,
Они любят хорошо,
Но плоха надёжа.
Новицяцких ребят
Можно з далека узнать,
У них ноги колесом,
Две сосульки под носом.
Не глядите на меня,
Глядитя на милого,
У моёго милого
Чуб как [у] Ворошилова.
Я своёго милого
На ераплане видела,
Бросил маленьку записочку:
«Воюю, милая».
Я любила лейтенанта,
А потом политрука,
А потом сове-совеса [?],
И дошла да пастуха.